Урожай ядовитых ягодок

Глава 1 - Глава 2 - Глава 3 - Глава 4 - Глава 5 - Глава 6 - Глава 7 - Глава 8 - Глава 9 - Глава 10 - Глава 11 - Глава 12 - Глава 13 - Глава 14 - Глава 15 - Глава 16 - Глава 17 - Глава 18 - Глава 19 - Глава 20 - Глава 21 - Глава 22 - Глава   23 - Глава 24 - Глава 25 - Глава 26 - Глава 27 - Глава 28 - Глава 29 - Глава 30 - Глава 31 - Глава 32 - Эпилог
Глава 2
 
Не успела я нажать на звонок, как дверь распахнулась, и мне в лицо выплеснулась холодная жидкость. От неожиданности я чуть не упала, но потом, встряхнувшись, словно собака после дождя, сказала:
– Ты чего, Ритка, белены объелась?
Соседка поставила на пол ведро и запричитала:
– Ой, Вилка, прости бога ради, думала мой кобель домой вернулся, чтоб ему ни дна, ни покрышки, гад ползучий, все по бабам шляется.
Вставить хотя бы слово в поток, который выливался изо рта Ритки, было невозможно, и пришлось дать ей возможность выпустить первый пар.
– Вечно брешет, что у него клиенты, – тарахтела Рита, – утром дрыхнет до полудня, потом, как старая бабка, телик глядит, а после четырех подхватится и уносится. А домой, спасибо, если к трем ночи придет. Ну какие такие клиенты?
– Действительно, – вклинилась я в ее речь, воспользовавшись тем, что Ритка на секунду остановилась, чтобы набрать полную грудь воздуха для нового раунда, – и в самом деле, при чем тут какие то клиенты, он же у тебя в архиве работает!
– О господи, – всплеснула руками Рита, – да его хранилище сотрудникам по двести пятьдесят рублей в месяц платит! А в последнее время и вовсе всех по домам распустили. Директор им сказал:
«Сидите, ребята, до лучших времен в неоплачиваемом отпуске. Авось через какое то время жизнь наладится”. Ну народ и побежал в разные стороны, кто куда мог. У всех семьи, дети. Вон Иван Сергеевич на рынке встал, дрянью торгует, Ольга Михалева в школу учительницей пристроилась, Женя Зинченко с газетами у метро топчется. Все выжить хотят, один мой губы кривил: “Извини, Рита, но я кандидат наук, из архива уйти не могу, кто то же должен думать не о своем животе, а о потомках! Историю следует сохранить!»
Ритка на секунду остановилась, я попыталась было сообщить ей неприятную новость:
– Тут такое дело…
Но соседка, очевидно, слишком долго копила в себе информацию о ленивом супруге, потому что понеслась дальше, не обращая на меня никакого внимания:
– История! Уржаться можно! Кушать то сейчас хочется! Вон, я Катьку к родителям отправила!
Виданное ли дело, сидим на шее у двух пенсионеров! Уж я Жорку грызла, грызла и догрызла. Нашел он работу. Из архива увольняться не стал, трудовая там лежит. Это и правильно, а сам пошел в страховую компанию, агентом на проценте. Кстати, тебе не надо чего застраховать? Квартиру, машину… Или жизнь? Знаешь, выгодные условия: если помрешь от предусмотренного случая, Тамарка хорошие деньги получит, и на похороны хватит, и на поминки останется…
Я обозлилась и перестала деликатно ждать, пока соседка заткнется сама по себе.
– Твоего мужа только что увезли на “Скорой” в Склифосовского. Рита попятилась.
– Почему?
– Избили его во дворе, у гаражей, бомжи.
– Ой, мамочка, – заметалась по коридору Рита, – делать, делать то что? Как туда добраться? Я попыталась ее успокоить:
– Утром поедешь, сейчас небось там двери закрыты, никто тебя не пустит.
– Господи, – запричитала Рита, – ну за что мне одни несчастья? Сначала у Катьки в аквариуме все рыбки передохли, а теперь Жорка в больнице!
На мой взгляд, два этих события были совершенно несопоставимы, но Ритка принялась рыться в сумке, безостановочно ноя:
– Господи, бедные рыбки, а ведь я хорошо за ними ухаживала.
Через пару минут она сказала:
– Слышь, Вилка, дай рублей пятьсот до двадцатого.
Я тяжело вздохнула. За последний месяц Рита уже три раза прибегала ко мне с подобной просьбой, правда, брала маленькие суммы, не больше сотни, но она их не вернула. Видя мои колебания, Ритка со слезой в голосе заявила:
– Сама знаешь, врачам сунуть надо, иначе в коридоре бросят и ни за что не подойдут!
– Ладно, – вздохнула я, – пошли к нам. В холле ярко горели все шесть рожков у люстры. Я удивилась, уходила тихо, чтобы не разбудить домашних, и не зажигала света. Но тут из коридора вывернула бледная Томуська с ворохом постельного белья в руках.
– Что случилось? – насторожилась я. Подруга смущенно заулыбалась.
– Ты не спишь? Чего так?
– Рита денег в долг просит, – я решила не рассказывать Томочке всю правду, незачем ей знать пока про то, как избили Жорку, – пятьсот рублей.
Тамара, совершенно не удивившись тому, что соседка заявилась с подобной просьбой в три утра, быстро сказала:
– Сейчас принесу, только простыни в бачок суну.
– Ты меняешь белье посреди ночи? Томуся замялась, потом рассмеялась:
– Знаешь, у беременных вечная беда с туалетом, каждые пять минут туда хочется… Ну… Цирк прямо, только не смейся, в общем, я проснулась, а подо мной лужа. Хорошо хоть Семен в кабинете пока спит!
– Со всяким случиться может, – философски заметила я.
– Это у тебя роды начались, – заявила Ритка, – воды отошли, у меня с Катькой так было!
– Но у меня ничего не болит, – залепетала Тамарочка.
– Потом заболит, – пообещала Рита, – не волнуйся, так прихватит, что взвоешь!
– Прекрати, – поморщилась я и пошла будить Сеню.
Вынутый из кровати Семен минут пять не мог сообразить, что происходит, потом заметался по комнате с воплем:
– Господи, вот ужас то! Ужас! Страх божий! Глядя на потного, всклокоченного мужика, натягивающего на себя сарафан Томуськи, можно было подумать, что рожать придется ему.
– Господи, – причитал Сеня, путаясь в лямках, – что с моей рубашкой? Кому пришло в голову ее изрезать?
– Успокойся, – велела я, – это платье Тамары, если ты наденешь его, то в приемном покое роддома вызовут перевозку для психов.
– Нам ехать, да?
– Естественно, если не хочешь принимать роды сам.
– Нет!!! – завопил Сеня и ринулся в холл. – Где ключи от машины?
Тамарочка по прежнему в халате стояла у вешалки.
– Ты почему по сих пор не оделась? – налетела я на нее.
– Так не болит ничего, может, рано?
– Иди собирайся.
– Где ключи? – кричал Сеня и расшвыривал в разные стороны обувь. – Где? Вчера вот тут положил!
– А ботинки? – ехидно осведомилась Рита. Будущий отец на секунду замер, потом вполне нормальным голосом ответил:
– Нет, повесил на крючок.
– Там и возьми!
– Но их нет…
Ритка пожала плечами. В этот момент Тамара тихо охнула.
– Что? – подскочил к ней Сеня. – Что?
– Не знаю, словно рука внутри схватила, подержала и отпустила.
– Схватки начинаются, – хладнокровным голосом специалиста пояснила Рита, – сначала коротенькие, а потом как понесутся! Криком изойдешь! Еще хорошо, если ребенок нормально лежит, а бывает ягодицами идет или того хуже – поперек устроился! Со мной вместе тетка в родильной лежала, ну никак у нее не получалось! Пришлось докторам мужа звать и спрашивать: “Вы кого хотите живого – жену или младенца?” Ну он, конечно, бабу выбрал. Вот медики и выковыривали из нее плод по частям.
Тома опустилась на стул и уставилась на Риту. Мои ладони непроизвольно начали сжиматься в кулаки, сейчас тресну противную госпожу Радько по носу… Сеня сильно побледнел и звенящим голосом поинтересовался:
– Как это, по частям?
– Сначала одну ногу, потом другую, потом кусок спины, – как ни в чем не бывало вещала Ритка, – ну разрезали внутри матери, словно цыпленка разделали. Жуткое дело! Вот если с Томуськой такая ситуация приключится и у тебя доктор спросит, ты кого выберешь? Ее или ребенка?
На секунду в холле повисла тишина, потом Семен издал странный, всхлипывающий звук и упал на пол.
– Сеня! – крикнула жена и ринулась к мужу. – Вилка, скорей валокордин, воды!
Мы начали шлепать Семена по щекам, водить по его лицу кубиком льда, вынутым из морозильника, но не добились никакого результата.
– Эх, мужики, – вздохнула Ритка, – нежные, словно цветы. Мой такой же! Как бы Сеню паралич не разбил, со страху случается. Со мной тетка работала, так у нее супружник ночью пошел в туалет и наступил коту на хвост. Тот, ясное дело, взвыл дуриной. Парень спросонок не разобрал что к чему и с перепугу в обморок свалился. Вот так же на пол упал, никак в себя прийти не мог. Десятый год в постели гниет, бревном валяется, только глазами ворочает.
Я ринулась к телефону и набрала “ОЗ”. Гудки мерно влетали в ухо. Ту ту ту ту… Обалдеть можно, чем они там занимаются?
– “Скорая”, двадцать вторая, слушаю.
– Мужчине плохо.
– Возраст?
– Сорок восемь лет.
– Пил?
– Нет, что вы.
– На пьяном вызове бригада работать не станет, могу дать телефон наркологической помощи, платной.
– Семен не употребляет.
– Что случилось?
– Он в обморок упал.
– Что пил?
– Вас заклинило? – заорала я. – Говорю же, непьющий.
– Все так начинают, а врач приедет – больной на кровати весь в блевотине валяется.
– С сердцем у него плохо!
– Чем болеет?
– Здоров совсем.
– Отчего решили про сердце?
– Жена у него рожать начала, а он без чувств упал.
– Ну и что? – равнодушно заметила диспетчер. – Зачем такому “Скорая”? Нашатырь понюхать дайте, по щекам поколотите, водой побрызгайте, он и очнется. Вот народ, как бесплатная помощь, так прям изнасилуют по ерунде. Небось за деньги бы не стали дергать. Да пока я тут с вами время теряю, кто то и впрямь загнется!
Я не успела ничего сказать, потому что “ученица Гиппократа” отсоединилась. Пришлось, кипя от негодования, вновь тыкать пальцем в кнопки. На этот раз отозвались сразу.
– Пятнадцатая, что у вас случилось?
– Мужчина, сорок восемь лет, упал в обморок.
– Сколько выпил?
Поняв, что сейчас опять состоится бесплодный диалог, я попросила:
– Дайте телефон платной помощи. Через минуту мне в ухо зажурчал милый голосок.
– “Врачи для вас”, рады помочь. Наученная горьким опытом, я рявкнула:
– Мужчина, совершенно трезвый, словно буддистский монах, упал в обморок.
– Пожалуйста, адрес. Вы наши расценки знаете? Тысяча рублей в час, время в пути включается в счет.
– Скорее, умоляю.
– Ждите, уже едут.
Я швырнула трубку и повернулась к Семену. Он лежал по прежнему с закрытыми глазами. Томуська сидела на диване, синяя, с трясущимися губами.
– Так больно? – кинулась я к ней.
– Терпеть можно, – пробормотала она, – ерунда, главное, чтобы Сене помогли.
– Ты не сиди, – заявила Ритка, – ляг.
– Почему? – спросила подруга. – Мне так удобно.
– Ребенку шею сломаешь, – пояснила соседка, – со мной вместе баба рожала, села в потугах – и все, каюк, позвонки младенцу сместила.
Тамара послушно легла. Я вытащила из секретера пятьсот рублей и сунула Рите.
– Забирай и уходи, не до тебя сейчас!
– Нет, останусь, – не дрогнула противная баба, – может, помочь чем потребуется.
– Тут не цирк, – гаркнула я, – получила свое и утопывай!
Рита открыла рот, но тут раздался звонок, и появилась бригада врачей, удививших меня до колик.
Во первых, они вытащили одноразовые бахилы и нацепили их на ботинки, а во вторых, пошли мыть руки. Да и специалисты оказались хорошие, привели Сеню в чувство, сняли кардиограмму, сделали кучу уколов.
– Теперь ему поспать надо, – заметил один эскулап, – часика три четыре, спокойненько, со вкусом, и забудет о неприятности. Не переживайте, сейчас погода быстро меняется, случаются у людей сосудистые реакции!
– Со мной баба работала, – мигом сообщила Ритка, – умерла во время грозы, давление упало, и каюк! Вон чего погода наделать может. Сенька то у вас толстый, шея короткая, первый кандидат на инсульт!
Доктора уставились на Риту. Сеня зевнул.
– А он машину вести сможет? – поинтересовалась я.
– Вряд ли, – ответил более пожилой, – спать ему надо, незачем никуда ехать. Позвоните на работу, объясните ситуацию.
– Да он должен Тамару отвезти! Прямо сейчас!
– Вызовете такси, ей куда, на вокзал?
– Она рожает.
– Где? – оторопел врач. – Кто?
– Томуся, жена Сени, вон на диване лежит. Доктор повернул голову, заметил серую, прикусившую нижнюю губу Тамару и воскликнул:
– Ничего себе? Почему молчите?
– А зачем кричать, – прошептала подруга, – только Сеню опять перепугаю.
– Ну ка, – забормотал терапевт, осматривая Томусю, – я, конечно, не гинеколог, но можем не успеть довезти.
– Вот, – удовлетворенно отметила Рита, – говорила же! Сейчас помрет, прямо чует сердце. Бабы в родах чисто мухами падают. Пока я рожала, трое окочурились.
Сеня, только что довольно бодро сидевший в кресле, вновь закатил глаза и сполз на пол. Врачи растерянно переглянулись и кинулись к нему.
– Ого, – отметила Рита, – точно, инсульт, вон у него какое лицо красное.
– Не пошла бы ты на…, – рявкнул фельдшер, ломая ампулу.
Я с благодарностью посмотрела на него. Может, Ритулька обидится и уйдет? Куда там, соседка, напрочь забыв о своем избитом супруге, поудобней устроилась в кресле, наблюдая за происходящим с громадным интересом, если не сказать с восторгом.
– Вилка, – прошептала Тамара, – мне что то там мешает.
Доктор, бросив Сеню, подскочил к роженице и сообщил:
– Так, головка показалась. Быстро сюда простыни, желательно прогладить с двух сторон, горячую воду…
Я заметалась по квартире, натыкаясь на мебель. Сеня, пришедший в себя, вжался в угол кресла и спросил:
– Может, вы ее отвезете в роддом, я заплачу.
– Поздно, – ответил доктор, – рожаем тут.
– Томулечка, – забормотал муж, – потерпи чуть чуть, ну погоди, сейчас в больницу отправят. Чего тебе стоит еще немножечко погодить!
Внезапно Тамара издала легкий крик.
– Ты тужься, – велел доктор, – давай со мной вместе на счет “три”, ну, раз, два…
– Во, ща вся порвется, – пообещала Рита. – Меня после родов два часа шили, а уж как больно!
Сеня вновь сполз на ковер, но на него уже никто не обратил внимания.
Около девяти утра Томусю и новорожденного мальчика отправили в роддом. Еле живой Сеня, оглядев ворох окровавленных простыней, шатаясь, пошел в спальню.
– Эх, пропал диван, – резюмировала Ритка, – никакая химчистка не возьмет, придется новый покупать!
– Ты, часом, не забыла про Жору? – злобно спросила я. – Небось мается мужик на каталке в коридоре, ждет, когда его женушка явится.
– Надо было мне в “Скорую помощь” сесть, – всплеснула руками Рита, – вот не додумалась. Меня бы до Склифака добросили, все не пехом переть.
– Тамару повезли в НИИ акушерства и гинекологии, – пояснила я, – совсем не по дороге.
– Ерунда, – отмахнулась Ритка, – сделали бы крючочек небольшой, чего им? Ну ладно, пойду, пока!
Я только кивнула, разговаривать с наглой эгоисткой не хотелось. Рита шумно дотопала до двери, потом повернулась и попросила:
– Вилка, дай мне еще двадцатку, куплю билет на метро, на пять поездок, неохота пятисотенную из за такой ерунды менять!
Я вытащила из кошелька еще две бумажки. Похоже, от Ритки иначе не избавиться.
 

* Внимание! Информация, представленная *